«Незнакомцы в поезде»: карта вины от Хичкока

Кинокритик Артур Завгородний о фильме

Кадр из фильма «Незнакомцы в поезде», 1951
Кадр из фильма «Незнакомцы в поезде», 1951 / реж. Альфред Хичкок

Strangers on a Train / Незнакомцы в поезде, режиссер Альфред Хичкок, США, 1951

Bruno: My theory is that everyone is a potential murderer

 

Когда говорят об Альфреде Хичкоке, непременно вспоминают о «Психо», «Окно во двор», «Птицы» и «На север через северо-запад». Однако кипучий нуар «Незнакомцы в поезде», выпущенный 65 лет назад и основанный на дебютном романе Патриции Хайсмит, является непогрешимым шедевром в копилке мастера.

После первой цветной киноленты «Веревка» Альфред возвращается к черно-белому изображению, что является без всяких сомнений подходящей эстетикой для любого его фильма, так как Хичкок иллюстрирует мир, где люди не бывают полностью черными или белыми, добрыми или злыми. В этой киноленте он повествует о двух незнакомых мужчинах, которые встречаются в поезде. Гай Хейнс (Фарли Грейнджер) является профессиональным игроком в теннис и в настоящее время ухаживает за дочерью сенатора, при этом находясь в ожидании развода со своей женой Мириам. А случайный собеседник Гая — Бруно Энтони (Роберт Уокер) представляется совершенной тайной. Зритель лишь узнает, что он ненавидит своего отца и слегка болен психозом. Несмотря на беглое знакомство, Бруно начинает рассказывать Гаю о мерзком, но весьма продуманном плане идеального убийства, так сказать «крест-накрест». Одним словом, Бруно готов убить неверную жену Гая, а Гай, в свою очередь, должен убить отца Бруно. Итак, главные темы фильма: двойничество и вина.

На протяжении всего детективного триллера Хичкок иллюстрирует мотив двойничества через диалоги, сюжетные повороты и изображения. С открытия картины публике показывают железнодорожные пути — все межсоединены и пересекаются. Скрещенные теннисные ракетки на зажигалке Гая Хейнса — очередная символическая ссылка на главную тему фильма. Кроме прочего, убийство Мириам, отраженное в ее очках, и в поезде Бруно заказывает два виски.

Кадр из фильма «Незнакомцы в поезде», 1951
Кадр из фильма «Незнакомцы в поезде», 1951 / реж. Альфред Хичкок

Вскоре после агрессивной встречи Бруно и Мириам, которую этот мерзкий тип душит, Гая вынуждают выполнить свою часть сделки. Лейтмотив пересечения возвращается в игру и становится страшнее, чем раньше. Теннисист не желает убивать отца Бруно, поэтому предает затею преступника. Измена побуждает коварного Бруно нарушать покой Гая, который, конечно, становится ведущим подозреваемым в убийстве своей супруги. Дороги Гая вновь и вновь пересекаются с цепким Бруно.

Между прочим, упрямый и хитросплетенный характер Бруно Энтони — составной и самобытный аспект сюжета. Прозрачно ясно, что настойчивый мужчина является чрезвычайно непредсказуемой, маниакальной личностью. Занятно сравнить положительные и отрицательные свойства жизни Гая после появления Бруно. Зритель уже знает, что на первой встрече двух незнакомцев, герой Фарли Грейнджера имеет скрытую жажду отвязаться от своей жены, дабы освободить свое сердце для милой дочери сенатора. Когда Бруно демонстрирует доказательство смерти Мириам — ее очки — реакция Гая моментально отражает и страх, и облегчение. Бруно действительно услужил мягкотелому Гаю, который несомненно является соучастником злодеяния, хочет он того или нет. Бесноватое поведение Бруно дома и при встрече с Гаем намекает на возможный гомосексуальный смысл происходящего. Сексуальность и гомоэротический тон, изображенные через взгляды и жесты, сдержаны, но обладают хищными, жуткими умыслами. Персонаж Роберта Уокера многолик и грозен. Признаться, Бруно Энтони читается как альтер-Эго Гая Хейнса, где один кажется ангелом, а другой — дьяволом. «Незнакомцы в поезде» — фильм о невольной сделке со злом. Фильм гораздо шире, чем фундаментальная фабула: безумец шпионит за напуганной жертвой.

Показателен и занимателен эпизод, в котором гнев Гая после восклицания фразы о том, что он способен задушить свою жену, кадрово переходит на крупный план рук Бруно во время маникюра. Благодаря элементарной, но умной монтажной склейке, Хичкок показывает желания Гая и умения Бруно осуществить их. По правде сказать, нас больше склоняют привязаться к Бруно, а не к нашему миловидно-женственному герою. Уж очень Роберт Уокер похож на обольстительного Кевина Спейси. Образ Бруно проворный, хитрый, смышленый и очаровательный. Он не мужловатый сумасшедший, а тактичный манипулятор. Бруно не просто злодей, а страшно опасный. Он учтивый светский джентльмен с экстравагантным образом жизни: шелковый халат и именной зажим для галстука. Пугает и то, что Уокеру был только 31 год, когда создавался фильм, а немного спустя он ушел из жизни. Бруно — предок Джокера в исполнении Хита Леджера или Патрика Бэйтмана в исполнении Кристиана Бэйла. Бруно настолько обаятелен, что способен уговорить старуху позволить ему с улыбкой обхватить ее шею. Почему мы питаем слабость к таким мерзавцам? Да потому что человек — извращенное существо по своей натуре, о чем Хич говорит постоянно.

Кадр из фильма «Незнакомцы в поезде», 1951
Кадр из фильма «Незнакомцы в поезде», 1951 / реж. Альфред Хичкок

Напротив, щегольски одетый, легковозбудимый, порой томный и бездеятельный Фарли Грейнджер. А рядом с ним — его будущая невеста в исполнении Рут Роман — классический повествовательный Макгаффин, который можно обсудить лишь задним числом. Вспоминается хичкоковская история о происхождении термина. Поезд. Два человека. Один говорит: «Что там завёрнутое лежит на верхней полке?» Второй отвечает: «А, это Макгаффин». – «А что такое Макгаффин?» – «Ну, это такой аппарат для ловли львов в горах Шотландии». – «Но в горах Шотландии нет львов!» – «Значит, нет и Макгаффина!» Получается, Макгаффина, то есть образа Рут Роман, тоже нет. И тут возникает трактовка триллера: что, если Гай и Бруно — один человек, как в «Психо» Норман Бейтс и его мать. Никакой невесты нет, а убить свою супругу Гай решился из-за измены, поэтому у него произошел психоз, в результате которого появилась альтернативная личность — Бруно. Привлекательно, но это уже совсем другая история. В фильме Гай говорит, что Бруно Энтони — большой хитрец. Таким же является и Альфред Хичкок.

Независимо от того, как зритель посмотрит на «Незнакомцев в поезде», основная навязчивая тема — дуализм. Открытие фильма — переплетающиеся железнодорожные пути и параллельный монтаж безликих пар ног — чистое визуальное предзнаменование. Публика еще не знает, что должно произойти, поскольку железная дорога является всего лишь первым кадром, а лиц главных героев мы еще не видим — всего-навсего ноги, что символично только для последующего развития сюжета. Зрители видят пару стильных и пару безвкусных, потертых туфель. Оба человека занимают свои места, пока одна нога не задевает другую. Вот где наши мужчины впервые встречаются. А во время финальной сцены Хичкоку удается превратить радостную поездку на карусели в объект сущего террора, когда карусель начинает вертеться автономно. Мы наблюдаем за переходом от дружественной встречи в поезде к ожесточенной схватке на карусели, что отображает смертельный круговорот отношений Гая и Бруно. Ведь, взглянув по-иному, автор показывает историю любви. В киноленте Хичкок представляет удивительный кадр одинокого Бруно, одетого в черное и наблюдающего за Гаем со ступеней Мемориала Джефферсона. К слову, эстеты обратят внимание на весьма резкий контраст черного антагониста с белым мрамором. Между тем, идея иметь общую темную, трагичную тайну, как правило, обладает романтическим духом. Режиссер показывает интимную атмосферу, когда Гай и Бруно ведут диалог — они стоят ближе, чем обычно, потому что действуют сообща, испытывают общую вину и не желают быть услышанными.

Кадр из фильма «Незнакомцы в поезде», 1951
Кадр из фильма «Незнакомцы в поезде», 1951 / реж. Альфред Хичкок

Альфред Хичкок зачастую вносит элемент странного и магического в мир своих персонажей, но удерживает в сюжете реальность и правдоподобие. Помимо быстрого авторского появления Хича в фильме, экспрессионистские силуэты оператора Роберта Бёркса, саундтрек Дмитрия Тёмкина и, кроме прочего, ключевая сцена — поездка Бруно в лодке сквозь туннель любви, представленный как таинственный подземный мир — все составные части действа на экране никогда не видятся фантастичными. Фильм дерзок, быстр и тематически сплочен. Альфред Хичкок — режиссер, который приветствует в кино изучение моральной и эмоциональной эволюции человека. Герой Фарли Грейнджера осознает, что даже после смерти Мириам, он — подневольный. Почему? Конечно, негодяй Роберта Уокера тревожит его. Гай сталкивается с тремя вариантами: убить отца Бруно, сдаться полиции или как-то доказать, что Бруно — настоящий убийца. Оказывается, что на Гае столько же вины, сколько и на других персонажах. Гай задумывает использовать дочь сенатора для продвижения по политической лестнице, что пересекается с намерениями Мириам выбраться из скучного города, выйдя замуж за успешного теннисиста. Таким же образом, не имеет значения, душил ли Мириам Бруно или сам Гай, потому что последствия для Гая так или иначе неизменны.

«Незнакомцы в поезде» — смелый, живой и мрачный триллер. Старик Хич — человек, способный превратить безобидный теннисный матч и детскую карусель в дикого зверя и поразительное изображение саспенса. Хичкок исследует человеческую вину. Его не заботит, кто сделал проступок. Для него быть живым означает быть запятнанным, ибо виновность приходит с зачатием. И чем внимательнее вглядываешься в обоих персонажей, тем явственней становится — оба героя разделяют общую позицию о том, что их фантазии зависят от веры в чудное и чудовищное. Подобно камерному триллеру «В случае убийства набирайте “М”», идеальному убийству автор решительно говорит «Нет!». А концовка картины обеспечивает Гая уже новым чувством собственного достоинства и зрителя — упоительным и захватывающим послевкусием.

текст: Артур Завгородний

© Orloff Russian Magazine

Кадр из фильма «Незнакомцы в поезде», 1951
Кадр из фильма «Незнакомцы в поезде», 1951 / реж. Альфред Хичкок

Консул